Суббота, 26.09.2020, 22:15
Главная Регистрация RSS
Приветствую Вас, Гость
Категории раздела
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Воспоминания

К вопросу о захоронениях солдат и учете безвозвратных потерь...

Поиск продолжается...

Н. А. Серебряков, руководитель
поискового отряда "Данко" пос. Солодча Ольховского района
Волгоградской области.

Разными путями приходят люди в поисковое движение: одни продолжают движение красных следопытов в более сложной форме, у других долг памяти начинает преобладать над юношеским увлечением копанием раритетов прошедшей войны, иные, случайно оказавшись в экспедиции, остаются навсегда "поисковиками", посвящая все свое свободное время этой работе. Таким путем пришел в поиск и автор этих строк.

 

Возможность прикоснуться к истории, узнать о войне правду, стать, пусть на какой-то миг, соучастником тех трагических событий, пообщаться с интересными собеседниками в романтической обстановке вечера у костра, испытать себя в трудных полевых условиях, в работе, обнаружить материальные свидетельства военных событий привлекают сегодня в поисковые отряды все больше и больше молодежи. Именно в силу этих причин и создан был 1 сентября 1993 года при Солодчинском Центре туризма и краеведения (позже - Центр детского и юношеского туризма и экскурсий) Ольховского района поисковый клуб "Данко", объединяющий молодежь в возрасте 12-20 лет.

За годы своего существования ребята участвовали более чем в 20 экспедициях в Ольховском, Иловлинском, Клетском районах. Кроме традиционной поисковой работы (в ходе экспедиций) юные поисковики проводили оперативные выезды по вызовам местных жителей, разведки, архивное выявление не установленных братских захоронений. Итогом такой работы стало создание музея поискового движения пос. Солодчи Ольховского района и перезахоронение в братские могилы более чем тысячи красноармейцев, чья судьба для родственников была до сих пор не установлена.

В 1997 году группа работала в Клетском районе, по местам боев 21 Армии. Во время экспедиции были найдены останки 100 советских воинов, но при работе в архиве РВК, выяснилось, что только учтенных (в то время) захоронений, произведенных войсками, на участке боевых действий было более 200. Таким образом, сегодня оказались забытыми почти все дивизионные кладбища, воевавших у нас частей. А в Сталинградской битве принимало участие 18 механизированных и танковых корпусов, 105 стрелковых, 9 кавалерийских дивизий. Все они, как правило, имели постоянные места захоронений, а иногда и несколько. И почти все они у нас не отмечены памятниками, да нередко и просто нашей памятью "благодарных потомков".

Во время поисковых экспедиций мы столкнулись еще с одним вопиющим фактом - это неучтенные захоронения медсанбатов и госпиталей. Обычно все они располагались на территории населенных пунктов. Тем не менее, значительное их количество забыто и заброшено!. Волгоградским обществом "Поиск" были перенесены шесть таких захоронений, три из которых были перед тем разрушены строительными работами. Солдаты, найденные в этих захоронениях, чьи имена удалось установить по именным вещам, в некоторых случаях числились пропавшими без вести. По некоторым госпитальным захоронениям в военкоматах нет именных данных вообще. Постепенно у нас скопились дополнительные сведения о забытых госпитальных захоронениях. Здесь представляем примерный список по двум районам Волгоградской области:

Ольховский район:
1. С. Гусевка - 2 места,
2. Ст. Забурунный -1 место,
3. Село Каменный брод - 4 места,
4. С. Солодча - 2 места.

Иловлинский район:
1. Чернозубовка -1 место,
2. Апиновка -1 место (более 100 человек),
3. Совхоз Пролетарский -1 место,
4. Хут. Шохин -1 место (40 человек),
5. Ст. Новогригорьевская - 2 места,
6. Хут. Вилтов -1 место,
7. Ст. Старогригорьевская -1 место (более 200 человек),
8. Р. п. Лог - 3 места
9. Хут. Байбаев - 2 места.

И список этот далеко не полный.

По нашим предположениям, сегодня каждое второе госпитальное захоронение на территории области предано забвению. А захоронения медсанбатов неизвестны почти все. Еще острее стоит проблема с захоронениями военнопленных, умерших в немецкой неволе. На территории области в период оккупации находилось 47 лагерей советских военнопленных. По имеющимся сведениям, только в 19 из них содержалось 34 тысячи красноармейцев.

Около 20 тысяч пленных умерли в плену от голода и издевательств фашистов, были расстреляны за неповиновение и попытку к бегству. На их захоронениях нет ни одного памятника, сведений о них нет ни в одном военкомате области, в областной Книге Памяти. Памятными знаками отмечено лишь местонахождение 3 лагерей: в хут. Вертячем, в поселке им. М. Горького, в Гослесопитомнике у станции Карповская. А ведь узники этих лагерей не заслуживают нашего забвения. Многие из них попали в плен в результате ранения, в безвыходном положении. Оказавшись в плену, они не стали предателями, не пошли на службу к фашистам. Они избрали себе участью унижение, издевательства, голод и смерть. Многие из них даже в плену боролись с фашизмом, предпринимали попытки бежать, чтобы вернуться в строй и бить врага дальше.

К сожалению, увековечение памяти погибших защитников Родины для нашего государства всегда оставалось во многом делом формальным. Составлялись списки погибших по местам их призыва. Возводились помпезные памятники, вокруг которых оставались лежать чуть присыпанные землей безымянные останки наших солдат. В 70-х годах прошла компания по перенесению и укрупнению братских могил с незаселенных мест, отмеченных деревянными памятниками. Из могил бралась земля, останки одного или двух солдат, а иногда и просто отдельные кости. А затем эти памятники просто сносились. С такими перезахоронениями мы встречались повсеместно во время наших экспедиций.

Даже в созданной к 50-летию Победы Всероссийской Книги Памяти в списках погибших очень редко указываются места гибели и захоронения павших воинов. Большинство жителей нашей страны имеют сегодня возможность отдать долг памяти своим погибшим отцам и детям не на их могилах, а у символических памятников со списками погибших односельчан. Горожане не имеют и такой возможности. Дело увековечения памяти павших легло на плечи энтузиастов: либо бывших фронтовиков, либо людей, потерявших во время войны своих близких, которые не смогли пройти равнодушно мимо найденных в степи или вывернутых плугом останков солдат. Они приносили бережно собранные кости бойцов и прихоранивали их на кладбищах или у сельских обелисков. Несли найденные у павших документы в военкоматы, сами писали по обнаруженным адресам письма родственникам погибших, сообщая им через годы забвения, правду о мужьях, отцах, братьях, сыновьях.

Мальчишки, которые часто копались в заброшенных окопах в поисках проржавевшего оружия и патронов, приносили найденные документы в школу. Некоторые школы их сразу передавали в военкоматы и сельсоветы, другие сами пытались найти родственников павших. Из этой работы набрало размах движение красных следопытов. Отряды следопытов появляются в 60-х - 70-х годах почти в каждой школе. К сожалению, к началу 80-х годов эта деятельность была, на наш взгляд, формализована. Но следопыты успели проделать огромную работу: восстанавливали военную историю своего села, устанавливали имена погибших, вели переписку с родственниками и ветеранами, устраивали встречи ветеранов. По их инициативе в местах боев и на братских могилах устанавливались памятники.

Но в то же время внимания к поиску неучтенных захоронений уделялось очень мало. Отчасти это объясняется тем, что власти не были заинтересованы в этой работе. Была упущена реальная возможность, наиболее результативно провести ее, основываясь на воспоминаниях очевидцев, участников боев. Лишь немногие из следопытов занялись этой трудной и важной работой. На традициях отрядов следопытов, были воспитаны руководители поисковых отрядов, работающих в Волгоградском обществе "Поиск" - Спиридонов В.И., Орешкина Г.А., Алимов Ю.Н., Цунаева Е.М.. Отряды "Надежда" Городищенского района, "Верность" сш № 99 г. Волгограда и сегодня не ограничиваются полевым поиском, ведут большую переписку с ветеранами войны, родственниками погибших, широкий архивный поиск, проводят большую работу по военно-патриотическому воспитанию учащихся, молодежи.

Несмотря на успешную работу отрядов, вернее основываясь на их опыте, можно выделить ряд проблем, которые обязательно встают перед руководителем и самими поисковиками. Главными из них является:

1. Повышение результативности полевого поиска. К сожалению, по аналитическим выкладкам автора этих строк, мы находим лишь 10-15 % неучтенных захоронений в районах, где традиционно работают поисковые экспедиции. Устанавливаем 1 -2% имен обнаруженных солдат. Но реальная возможность увеличить продуктивность работы до 60-70% и 20-50% соответственно существует. Надо только четко решить вопросы полевых разведок, технического оборудования, возможностей архивной работы и доступности информации.

2. Архивная работа должна сегодня опережать запросы текущего дня. Значит, необходимо не только изучать районы предстоящих экспедиций и устанавливать имена найденных бойцов (сегодня объединение поисковых отрядов не имеет и такой возможности, так как последние четыре года нам доступны лишь областные архивы, фонды которых изрядно потрепаны войной), но, и выявить все возможные сведения об организованных воинских захоронениях -госпитальных, дивизионных кладбищах, братских могилах, произведенных воинскими частями и похоронными командами, работавшими после завершения боев, захоронения умерших в неволе советских военнопленных. На основе этого материала создать компьютерный банк данных погибших на территории нашей области с точным местом их захоронения.

3. Необходимо на качественно новом уровне подойти к вопросу организации поисковых отрядов в областных районах. Интерес к подобного рода деятельности уже проявляют администрации и школы Октябрьского, Суровикинского, Клетского, Иловлинского, Ольховского районов.

4. Крайне остро стоит вопрос координации деятельности Волгоградского общества "Поиск" с музеями области, военкоматами, ветеранскими организациями, военно-патриотическими клубами, административно-образовательными структурами. Объединение наших усилий позволит повысить продуктивность и поисковой работы, и изучение молодежью истории Великой Отечественной войны, Сталинградской битвы, и, в конечном итоге, делу увековечения памяти погибших, откроет новые возможности патриотического воспитания подрастающего поколения.

5. Также стоит серьезно обратить внимание на информационное освещение деятельности по-исковиков. Телевидение и пресса в основном рассказывают о результатах полевой работы, но в средствах массовой информации совсем нет отражения нашей повседневной жизни, проблем, традиций. Все это остается за кадром. А подготовительная работа по проведению экспедиции? Мы беседуем с сотнями очевидцев, ветеранами. После таких встреч у автора строк представление о войне серьезно изменилось: правду о событиях полувековой давности мы обязаны донести до будущего поколения. Но сделать это через печать поисковики возможности не имеют. В объединении нет ни одной видеокамеры, ни од-ного диктофона, фик-сировать же всю поступающую инфор-мацию на месте на бумагу нет никакой возможности, да при этом теряется и эмо-циональная подача материала очевидца-ми. Руководители же полевой экспедиции, как правило, выпол-няют сразу и функции администраторов, и хозяйственников, и разведчиков, и педа-гогов, и руководите-лей работ.

6. И последнее - нужно реально начать работы во исполнении постановления главы администрации Волгоградской области "О мемориальных зонах"; создать подробный атлас области с указанием мест наиболее крупных и кровопролитных боев, обозначить на нем места захоронений, сведения о которых мы имеем по свидетельствам очевидцев и материалам архивной работы. Необходимо вывести из хозяйственного оборота земли, где в 1942-43 годах шли жестокие бои, а сегодня еще сохранились окопы, блиндажи тех времен, и возможно, в дальнейшем на территории одной из таких зон создать историко-культурный музей-заповедник, где были бы собраны остатки боевой техники еще сохранившейся с той трагической поры.
К сожалению, при современном статусе поискового движения, как общественной организации, решения поднятых проблем возможно лишь отчасти, так как общество "Поиск" существует лишь на бюджетных дотациях, не гарантированных ни по размерам, ни по срокам выполнения. Настало время переводить эту работу на государственный уровень, на государственную службу.

 

Я убит. Разве честно?
Немцев много, а нас.....
До войны (вспомнил детство!)
Не набрался б и класс!
Мы не все научились
Даже бороды брить,
А теперь нас, убитых,
Кто же будет любить ?
Я убит. Только б наши
Поскорее пришли
И суровую правду
До родных донесли.
Чтоб не ждали напрасно
Много дней и ночей,
Чтоб стало всем ясно:
Я себя не жалел!
Заслоняя Россию
Мы полками легли,
Ипо-ротно, повзводно
Мы беду отвели.
Я убит под Россошкой,
Все равно под какой -
Под Большой иль под Малой
Я засыпан землей.
И никто не приедет,
И никто не придет,
Видно та похоронка
Все никак не дойдет...

 

25 апреля 1995 год. ГА Орешкина

http://rf-poisk.ru/page/126/

ПОИСКОВОЕ ДВИЖЕНИЕ РОССИИ

 

 

Братские могилы ждут помощи.

20 февраля 2012 - Забелина Анастасия

В конце 90-х годов областным по заданию военного комиссариата Ростовской области и Министерства культуры была проведена паспортизация памятников области и составлен каталог могил и памятников воинам, погибшим в 1941-1945 годах. На тот момент было зарегистрировано около 1200 захоронений. На многих из них имеются списки, как надо полагать, погибших и захороненных в данном месте. Но по имевшимся у нас к тому времени разрозненным сведениям, архивным данным и рассказам местных жителей, мы знали, что информация и фамилии, имеющиеся на могилах в ряде случаев не соответствуют действительности. Поэтому в 2006 году военным комиссариатом Ростовской области и Ростовским областным клубом "Память-Поиск" было решено провести сверку состояния памятников и именных списков погибших.
Данные, которые мы получили шокировали.
Мы взяли лишь один Матвеево-Курганский район, расположенный на бывшей линии печально известного "Миус-фронта", а в нем только 50 братских захоронений и попытались проанализировать ситуацию.
Братская могила в с. Рясное, захоронено 150 воинов. Данных нет.
Братская могила в х. Полтава - 120 воинов. Данных нет.
Братская могила в х. Зайцев - 50 чел. Данных нет.
Братская могила в 50. х. Ново-Бахмутский - 33 воина, погибших при освобождении х. в декабре 1941 г. Данных нет.
Братская могила в х. Панченко - 14 человек. Убиты 28.01.42 г. Данных нет.
Братская могила в с. Соколовка - 400 воинов, погибших в феврале - апреле 1943 г. Данных нет.
Братская могила в. х. Ивановка-Первая - 2500 солдат и офицеров из состава 5 осбр и 2 гв. сд, погибших в марте - августе 1943 г. Данные только на одного - старшего лейтенанта Корнеева.
Братская могила в х. Ново-Андриановка - 150 воинов, погибших в феврале-августе 1943 г. Список на 4 чел.
Братская могила в х. Воздвиженский - 36 могил на 300 солдат. Список только на 3 человек.
Братская могила в с. Политотдельское - 424 воинов, 4 к авкорпуса. Список на 27 чел. (Медсанбат, 5кк-02-06. 1942)
Братская могила в с. Новая Надежда - в 32 братских и 2 одиночных могилах захоронено 640 воинов. Список на 44 чел.
Братская могила в с. Русско - Сидоровка - 500 воинов, список на 3 чел.
И так далее, и так далее+
Всего в 50 взятых братских могилах по данным Ростовского областного музея краеведения захоронено 23. 340 человек, но известно только 2.392 имени, т.е. всего 10 %.
Была надежда, что такая печальная ситуация может быть только по данному району. Проверили+
На вскидку взяли несколько братских могил в разных районах и городах области:
Сальский район, братская могила в с. Юловское. Захоронено 453 человека, известен только один.
Цимлянский район, станица Терновская, могила на 66 человек, известны имена только 9.
Город Белая Калитва, в братской могиле у школы 4 захоронено 309 солдат и командиров, известны имена 141 человека.
Обливский район, в братской могиле х. Яново-Петровское захороне ны останки 120 солдат, известны имена только 6 человек.
Город Ростов-на-Дону, братская могила на Зеленом острове, захоронены в ней останки 424 человек, имена известны лишь 59 человек.
Все повторилось+
Но и это оказались еще не все проблемы. При проверки имен увековеченных на братских могилах оказалось, что у 40 % братских могил, имеющих списки погибших, среди фамилий находятся и фамилии тех, кто не погиб и захоронен в данном месте, а фамилии уроженцев этих населенных пунктов, кто был призван на фронт и не вернулся с войны.
Еще запутаннее оказалась история со списком погибших и похороненных в х. Бирючий Азовского р-на. В братской могиле увековечены имена 43 воинов, погибших летом 1942 года. Здесь на рубеже с.Самарское-х.Победа-х. Бирючий, вели ожесточенные бои до 29 июля 1942 г. части 17-го кавкорпуса генерал-майора Кириченко Н.Я., 15-й Донской кавдивизия полковника Горшкова, курсанты и офицеры Орловское танкового училища. Имена погибших установлены благодаря м ноголетней работе, которую вел в этих краях краевед-исследователь Владимир Федорович Максименко. Но при проверке через архивы оказалось , что все они записаны как умершие в медсанбате 10-го гв. стрелкового корпуса (ВППГ-2340 исх. 0327/с от 04.10.1942 г., вх. 27833 от 12.10.1942 г. ЦАМО, ф. 58, оп. 818833, д. 1034). Но по этим же документам указано, что все они похоронены в станицах Калиновская и Червленная Орджоникидзевского (ныне Ставропольского) края в период с 13 по 29 сентября 1942 года. Дата захоронения, указанная в донесении (13.09.-24.09.1942г.) относится к периоду, когда и Ростовская область и ст.Калиновская Александровского р-на Орджоникидзевского кр. также находились в указанное время под оккупацией, а значит никаких медицинских учреждений РККА находится не могло. Мы обратились к нашим коллегам в Ставропольском крае проверить могилы в ст. Калиновской и Червленной. По сведениям полученным от Космынина Григория Афанасьевича, председателя поискового клуба "Сапсан", на территории ст.Калиновской на январь 2009 г. не имелось вообще каких-либо воинских захоронений относящихся к периоду Великой Отечественной войны. Во время войны к Орджоникидзевскому краю относилась и ст.Червлёная, входящая сейчас в состав Чеченской Республики. По просьбе Космынина казаки ст.Червлёной опросили старожилов, ознакомились со сведениями о наличии воинских захоронений в администрации станицы, а также осмотрели местное кладбище. Воинских захоронений периода Великой Отечественной также не обнаружилось.
Так где же похоронены эти 60 воинов в июле в х. Бирючий Азовского р-на Ростовской области, где действительно отступал медсанбат 10-го гв. стрелкового корпуса или в станицах Калиновская и Червленная, где с 13 по 29 сентября 1942 года никакого из наших госпиталей быть уже не могло и где нет могил времен войны?...
Можно предположить, что раненные ранее военнослужащие, указанные в записке, были оставлены отступающим мед. учреждением умершими (или даже ещё живыми ) у х.Бирючий Азовского р-на Ростовской обл., где они и были похоронены местными жителями. Т.к. личные документы находились в штабе мед. учреждения, то данные из этих документов были внесены в донесение о безвозвратных потерях представленное ВППГ-2340 в декабре 1942 г. и место захоронения умерших было указано "с потолка".
А вот в списке захороненных на территории с. Алексеево-Тузловка Родионо-Несветайского района Ростовской области разобраться и уточнить недостающую информацию на погибших оказалось достаточно просто. Согласно паспорта захоронения в могиле всего захоронено 68 военнослужащих, из них известных было 23 и 45 неизвестных. В результате недельного поиска были прояснены обстоятельства гибели и данные некоторых из них, а так же часть ранее неизвестных фамилий. Сейчас известны уже фамилии 60 захороненных здесь военнослужащих.
Неполнота списков погибших и неразбериха в них - это проблема не только и не столько Ростовской области, сколько нашего времени и нашей го сударственной памяти. И мы надеемся, что работа энтузиастов-исследователей позволит в России и, может быть, в странах бывших республик Советского Союза, составить хотя бы сейчас полные Каталоги мемориальных объектов, проверит списки погибших и допишет на мемориалы фамилии тех, кто пока числятся НЕИЗВЕСТНЫМИ.

ИСТОЧНИК

http://www.iskateltula.ru/stati/bratskie-mogily-zhdut-pomoshi.html

 

Городские СМИ о юбилейной дате - Калининградская правда

История моей семьи в истории войны

У братской могилы

Всегда один и тот же эпизод вспоминается мне из далёкого довоенного детства.

Узкая тропинка вьётся вдоль высокого берега реки Клязьмы. Я сижу на плечах отца, а мою двоюродную сестру он ведёт за руку. Летом, приезжая на дачу в Черкизово, мы с ней всегда убегали без спроса на речку. Отлавливать нас почему-то поручали моему отцу.

И вот мы возвращаемся домой. Встревоженные родственники шумно набрасываются на нас с большим желанием дать взбучку. Но мы чувствуем себя в безопасности. Я сижу высоко, меня не достать (отец очень высокий), а сестра спряталась за его спину. Отец как-то очень миролюбиво отражает атаки родственников, в итоге все довольно быстро успокаиваются. Больше такого непередаваемого ощущения безопасности и защищённости я припомнить не могу.

Передо мной пожелтевшее письмо со следами слёз из далёкого 1944 года. Сердечное, полное сострадания и поддержки, оно написано фронтовым товарищем моего погибшего отца и адресовано моей матери.

Вот небольшая выдержка из письма.

«...Был ясный ноябрьский день, с утра в воздухе летали снежинки, и от того замёрзшая поверхность земли была пёстрой. Рядовые солдаты, сержанты и офицеры медленно двигались под траурную мелодию марша из медсанбата по направлению к кладбищу...

Последние слова прощания: оборвалась светлая жизнь нашего друга и товарища... его скромность, исполнительность и дисциплинированность были примером для всех нас...

Его друзья и товарищи опускают гроб в могилу, духовой оркестр заиграл Гимн Советского Союза, троекратный залп салюта, — и он похоронен...

Над могилой высится красный столб, на котором сделана красивая надпись «Могила 6. Здесь похоронен павший смертью храбрых в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками ст. лейтенант Фибер Юрий Алексеевич рожд. 1909 — 18.ХI.44г.».

И описание места захоронения в далёкой Восточной Пруссии. Чужие немецкие названия... Позднее пришла похоронка.

Вот и всё. Оборвалась жизнь ещё одного хорошего человека, которому исполнилось только 35 лет. Мой отец был начальником топографической службы 152-й дивизии 28-й армии 3-го Белорусского фронта. После войны моя мама предпринимала несколько попыток найти могилу отца, но бывшая Восточная Пруссия стала Калининградской областью, все немецкие названия исчезли, попытки найти место захоронение не увенчались успехом. В 1986 году, отправляясь в турпоездку на Куршскую косу, я взяла с собой это письмо фронтовых товарищей отца и похоронное извещение. Обратилась за консультацией в военкомат г. Светлогорска, и там мне посоветовали съездить в г. Калининград (бывший Кёнигсберг) к военкому. Я поехала. Военком, сам бывший фронтовик, оказался отзывчивым человеком. Он затребовал из архива старые карты, которые были уже рассекречены. И вот по этим картам мы нашли все описанные в документах места, даже место, где находился медсанбат. Он послал соответствующий запрос, и какова же была радость нашей семьи, когда в августе 1986 года мы получили извещение о том, что старший лейтенант Ю.А. Фибер числится в списке погибших и захороненных в братской могиле пос. Чистые Пруды Нестеровского района Калининградской области, и приглашение посетить место захоронения. И мы поехали на праздник Победы в далёкую, когда-то Восточную Пруссию. Мама была к тому времени очень больным 77-летним человеком, но она собрала все силы, чтобы увидеть последнее пристанище дорогого человека и попрощаться с ним. Поездом мы доехали до г. Нестерова, дальше надо было добираться автобусом, и я, честно говоря, очень волновалась, как справится с переездом мама. Какова же была наша радость, когда выяснилось, что нас встречают представители администрации и Совета ветеранов войны на машине. Встреча была очень тёплая, сердечная, мама была очень растрогана. Нас окружили заботой и вниманием. Мы приехали вечером накануне праздника. Утром состоялся торжественный митинг у братской могилы. Звучали добрые слова, потом был концерт. Братская могила красивая, ухоженная, фамилия моего отца значится среди похороненных в ней. Мы привезли с собой цветы и горсть земли из нашего черкизовского палисадника, где так хорошо начиналась семейная жизнь. Нас познакомили с человеком, который участвовал в перезахоронении в братскую могилу отдельных захоронений, и в том числе с кладбища у бывшего медсанбата. Он точно показал нам место, указанное в документах.

Теперь среди дорогих мне могил моих родственников есть ещё одна, правда очень далёкая, но зато не безымянная могила моего отца. И память о нём.

Источник: Новости Королёва - Официальный сайт Администрации - У братской могилы http://www.korolev.ru/city/65year/smi65year/kaliningr/statya03#ixzz3KGV0D9Px

Категория: Воспоминания | Добавил: Kazancev (01.12.2014)
Просмотров: 1894 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0